USD: 65,7508 | EURO: 76,0540 |
Сегодня: +19 | Завтра: +13 |
15 октября 2018. 16:43
27.04.2014 09:58

Поколение «Микки Мауса» побило «Мальчиша Кибальчиша»

В Библиотеке имени Маяковского проект «Открытая библиотека» проводил обещанные «Диалоги». Все желающие могли услышать полемику на актуальные темы с участием тех, чьи мнения оказались диаметрально противоположны. На дискуссии о запретах были заявлены ведущий телеканала «Дождь» Павел Лобков и депутат-гееборец Виталий Милонов. Но Милонов позвонил организаторам в ночи и сказал, что ему срочно надо быть в Москве. Его с лихвой заменил запретитель Упоротого Лиса и Мадонны, пламенный коммунист в буденовке, лидер организации «Коммунисты Петербурга и Ленинградской области» Сергей Малинкович, который в итоге устроил в библиотеке потасовку.

Начиналось все вполне благостно. Павел Лобков сразу интеллигентно напомнил, что любые запреты – это основа культуры, обуздания инстинктов и система запретов и наказаний за их нарушение является краеугольным камнем всей иудео-христианской философии. Поэтому сам по себе запрет - это общекультурный инструмент. Но запреты в современном обществе выполняют еще одну функцию: они позволяют людям стратифицироваться, на основе отношения к разным запретам создавать свои группы, свои секты и сообщества. Запреты бывают властные, с ними легко бороться, так как то, что сделано властью, делается довольно грубо. Другое дело, когда запреты формирует само общество.

«Есть явные государственные запреты, против которых я и мои коллеги возражаем. Потому что это глупо, непродуктивно, эти запреты не базируются на обусловленных культурой преобразованиях, а выпускаются ради конкретной политической цели», - сказал Лобков.

Малинкович сразу заявил, что оппонента своего уважает и когда его партия придет к власти, то Лобкову опять разрешат вести на НТВ передачу про цветочки. Потом коммунист обратил взоры в зал: «Пожилые тут все диссиденты. А вот молодые – много их в зале».

«Вы не помните ничего, - возопил вдруг коммунист. – Не помните девяностые годы, когда все разрешали! Вот они (указал на Лобова) – хотят, чтобы снова были девяностые, когда открыто говорили, зачем нам 9 мая, когда открыто говорили – зачем пенсии старикам платить и призывали канкан танцевать в Эрмитаже! Американцы управляли нашей страной и по телевизору была одна голая….!».

Организаторы призвали коммуниста не выражаться в библиотеке и не кричать. Но он, все более распаляясь, как на митинге, продолжал. Вспомнил, что в проклятые девяностые в музеи ходил только он, Малинкович, и пять бабушек, а секс- это биотехнология, которую внедрили американцы. Попытки усмирить оратора вызвали пассаж: «Не трогайте меня, я очень болезненно отношусь к прикосновениям мужчин!».

Его попросили сформулировать, что бы он считал нужным запретить. Итак, что Малинкович предлагает:

- Четыре конфессии путь будут, а кто секту организовал – это приравнять к организации террористической группы.

- За антивоенные митинги, прошедшие недавно в России, будь настояшие коммунисты у власти, эшелоны давно уже пошли бы на север с теми, кто в них участвовал.

- Секс пусть будет, но не публичный, за публичный – сажать. (осталось неясно, что Малинович имел в виду).

Павел Лобков вновь интеллигентно попытался поговорить про запреты.

«Современные запреты, мне кажется, ставят задачу прежде всего, чтобы человек полностью потерял любые внутренние ориентиры, не знал какой запрет будет следующим, попал в кафкианский мир, где все зависит от произвола начальства».

По мнению Лобкова, продуцирование запретов в Госдуме – это действия машины, которая сама себя нагревает.

«Это не такие яркие люди, как Жириновский, который был первопроходцем и действовал спонтанно, сейчас это молодые люди, которые отрабатывают определенную задачу, запрещая сегодня то, а завтра это. Они друг с другом начинают соревноваться - чей запрет будет востребован администрацией президента, чей идиотский закон пройдет согласование и кто из них будет выбран на роль того, кого пригласит, как Жириновского, Путин к себе в Ново-Огарево. Так сама себя нагревает система», - сказал ведущий.

«Все неправда!» - вскричал коммунист. И снова пламенно обличал США, вспомная, что в условиях цензуры «тунеядец Бродский в СССР писал неплохие стихи». А Набокову, так и быть, «писать и плясать дадим».

Надо, по мнению Маликновича, запретить еще иностранные сказки – Шарля Перро , Братьев Гримм, Шехерезаду.

«Чиполлино мы в обиду не дадим, - вещал Малинкович, - Но Микки Мауса и эту дуру Белоснежку и Скружда Мак Дака, конечно, надо спрятать от наших детей. Должно вырасти поколение детей, которые не знают, что такое Микки Маус. Потому что те, которые знали – выросли подонками, они пошли громить памятники!».

«Неправда», - понеслось в ответ из зала от поколения Микки Мауса.

«Я вырос на Винни Пухе и Мальчише Кибальчише», - продолжал кричать коммунист.

«Винни Пух – не русская сказка», - поправляли его из зала.

Некоторые уходили – наблюдать этот цирк становилось скучно. Молодой человек в итоге обозвал Малинковича троллем. Тот кинулся на него с кулаками, организаторы принялись коммуниста утихомиривать.

Новости партнеров


Фоторепортажи

8 октября >

Губит людей не пиво. Как прошел Октоберфест–2018 в Мюнхене

«Телеграф» собрал самые колоритные кадры из инстаграма после двухнедельного фестиваля.
27 сентября >

Уральское горе. Как Челябинск оказался во власти мусора

«Телеграф» собрал иллюстрированную хронику мусорного коллапса.
25 сентября >

Жажда скорости. Как выглядит ралли «Санкт-Петербург-2018» изнутри

Фоторепортаж «Телеграфа» с автогонок в Сестрорецке.
17 сентября >

Засунутые в сад. Фоторепортаж о том, куда в Петербурге пошел митинг против пенсионной реформы

«Телеграф» собрал доказательства, что полиция и Росгвардия подготовились к мероприятию лучше протестующих.
Наверх

Не пропускайте важные новости и истории о жизни в России и мире — подпишитесь на «Телеграф» в социальных сетях