USD: 64,6106 | EURO: 72,3186 |
Сегодня: +10 | Завтра: +7 |
26 мая 2019. 08:50
09.04.2015 02:00

Гергиев за «Тангейзер», Мединский против всех

Накануне Петербург обсуждал неожиданное заявление Валерия Гергиева, который предложил поставить «Тангейзера» в Мариинке. Дирижер, конечно, вряд ли имел ввиду ту самую кулябинскую постановку, и даже дежурно отметил необходимость театров оставаться «в рамках приличия». Тем не менее, сама фраза оказалось красноречивой. Действительно, Гергиеву совершенно необязательно было упоминать о планах на Вагнера, если он не хотел этим подать некий знак. Известно, что худрук Мариинки (а по совместительству худрук Лондонского симфонического оркестра) — один из культурных символов «путинского режима». В хорошем смысле, конечно, официальный государственный артист. Как Нетребко и Михалков. Идеологический флер вокруг его имени очевиден настолько, что украинские активисты пришли в нью-йоркскую оперу, дабы выразить Гергиеву свое презрение. И вот, теперь дирижер вслед за могучим говорит: нет возврату к прошлому.

Андрей Могучий, худрук БДТ, был более откровенен, заявив не только о недопустимости цензуры, но и о недопустимости влияния религиозной общественности на искусство. Это было сказано на официозной пресс-конференции с участием вице-губернатора Кириллова, который сперва улыбался побледневшим лицом, а потом начал цитировать Ленина — о зависимости художника от общества. То есть, с одной стороны приглашенный властями за стол режиссер говорит: этого не должно повториться, а с другой — представитель власти вещает: как говорил великий Ленин.

Если Кириллову и Мединскому угодно считать тысячу человек и Валуева, собравшихся в миллионном Новосибирске, «обществом», это их проблемы. Настоящая проблема в том, что людей, знакомых с Вагнером не только по фильму Копполы, в Новосибирске может быть в принципе меньше тысячи человек. Логика «расширения влияния» Минкульта вроде ясна: сперва «защищаем» Вагнера, потом — Пушкина с Гоголем. Только «народу» театральные постановки Гоголя тоже в общем до лампочки, а интересны они одним эстетам-театралам и участникам процесса. Поддержки снизу в подобных культурных инициативах быть не может, разве что на уровне «запретить всех умников вообще». Закономерно единственным итогом является обозление деятелей культуры, независимо от их политических позиций. Послать Мединского вызвались вполне провластный Олег Табаков, Евгений Миронов, Марк Захаров, Киносоюз, Союз театральных деятелей. У всех этих людей есть своя идеология и свое представление о искусстве, а с обратной стороны — лишь абстрактные разговоры о духовности и традициях.

Отдельным фарсом обернулось назначение Владимира Кехмана директором Новосибирской оперы. Михайловский театр под его руководством может оказаться неким культурным гетто в условиях бойкота со стороны театрального Петербурга. Характерно, что о существовании Кехмана тут же вспомнил Следственный комитет, и над рыцарем-защитником морали вновь нависла угроза уголовного преследования. Кехман предстал тем, кем он и является: торгашом с криминальным ореолом. Очень может быть, что сам директор НТОиБ вместо опер с удовольствием ставил бы мюзикл о приключениях Остапа Бендера. Приходится, однако, для возрождения русской духовности выписывать из Италии космополита Андрея Кончаловского.

На упомянутой пресс-конференции Могучий специально начал разговор о готовящейся постановке «Римской комедии» Леонида Зорина. Этот спектакль запретили в свое время ставить легендарному режиссеру БДТ Георгию Товстоногову (Римская империя времени упадка в искусстве тогда была распространенным способом говорить о «застойном» Советском Союзе). Фигу в кармане заметили и не пропустили, однако Товстоногов не лишился места и сохранил возможность создавать другие спектакли, порой не менее злободневные. Возможно, напоминая об этой истории, Могучий и тот класс творческой интеллигенции, который он представляет, хотел сказать: полностью подчинить художников нельзя. Советская власть именно потому ограничивала искусство множеством запретов, что понимала принципиальную враждебность творчества власти. В «традиционном» прочтении «Мертвых душ» или «Ревизора» гораздо больше «антиобщественного», чем в авангардистских кривляниях. Можно запретить спектакль, но чтобы все было шито-крыто и по единому, удобному власти, стандарту, придется запретить еще и всех режиссеров. Пока что все театралы стоят за Кулябина, а худруки зовут его к себе работать, даже не видев его спектаклей. Что естественно, до тех пор, пока Минкульт не может ничего предложить художнику в новой идеологической парадигме, кроме запретов.

Андрей Гореликов

Новости партнеров


Фоторепортажи

3 мартa >

Весне дорогу! Петербуржцы показали город после зимней грозы

«Телеграф» собрал фотографии пользователей из Instagram, на которых видно, как город замело снегом всего за несколько часов.
24 февраля >

Туманный Петербург. Пользователи Instagram показали, как выглядел город утром

«Телеграф» собрал в соцсетях снимки пользователей.
8 февраля >

Командующий парадом. Каким мы запомним Сергея Юрского

«Телеграф» собрал фотографии и видеоматериалы из жизни актера.
25 января >

Ледниковый период. Как выглядит замерзший Ниагарский водопад сейчас

«Телеграф» собрал фотографии и видеозаписи редкого, но красивого зрелища.
Наверх

Не пропускайте важные новости и истории о жизни в России и мире — подпишитесь на «Телеграф» в социальных сетях