USD: 75,7600 | EURO: 89,9347 | Сегодня: +3 | Завтра: +2
Новости экологии и политики
24 ноября 2020. 03:52
26.06.2015 13:23

«In Memoriam» - как возрождался Павловск после войны

Выставка расположилась в четырех интерьерах дворца – Библиотеке Росси, Буфетной, Концертном зале и Кавалергардской, ее отдельные части связывают «маячки» - это планшеты с фотографиями погибших во время войны, утраченных навсегда экспонатов, выставленные в тех залах, где некогда эти вещи пребывали, а также фотографии разрушенных интерьеров.

Заместитель директора по науке музея-заповедника «Павловск» Рифат Гафифуллин, рассказал, что еще после начала Гражданской войны в Испании тогдашний директор Эрмитажа Иосиф Орбели, понимавший, что война неминуема, добился того, что на уровне ленинградских властей было принято решение – на случай войны быть готовыми к эвакуации экспонатов пригородных дворцов.

Решили, что из 180 тысяч экспонатов надо вывозить 4 тысячи наиболее ценных. Были заготовлены ящики с упаковочным материалом. Поэтому, в 1941 году упаковки попросту не хватало. Вывозили, в первую очередь, бронзу – как стратегический материал, драгметаллы, фарфор. Громоздкую мебель эвакуировали в последнюю очередь, а без мебели, как подчеркнул Гафифуллин, «нет интерьера, и это стало самой большой проблемой для возрожденных пригородных дворцов в послевоенное время».

Первый раздел выставки в библиотеке Росси назвали Возвращение. Здесь – найденные сразу после освобождения Павловска предметы – картины и вещи, находившиеся в самом городе и в окрестностях в жутком состоянии, картины были скручены и проколоты штыками Такова судьба, к примеру, знаменитого портрета Петра Первого работы Антуана Пэна, портрета императора Павла Петровича в раннем детстве, не эвакуированный, пропавший, оказавшийся в Америке и приобретенный там на аукционе коллекционером, предоставившим его для выставки в Русском музее.

Сотрудники Павловска увидели портрет там, с инвентарными номерами павловского дворца и после долгих переговоров с коллекционером портрет вернулся домой. Именно сюда, в Библиотеку Росси почти два года назад вернулись книги, вывезенные специальной командой немецких «искусствоведов», занимавшихся отправкой из оккупированной России художественных ценностей. Они были подарены графу Шуленбургу – бывшему послу Германии в СССР. Шуленбург стал участником заговора против Гитлера и был казнен нацистами в 1944 году. Книги из Библиотеки Росси вернул в Павловск его внучатый племянник.

Впервые представлены так называемые литики - копии с античных резных камней, увлечение просвещенной императрицы Екатерины Второй. Она закупала их в Европе, создала свою резную школу на Урале. Увлекалась резьбой по камню и невестка Екатерины – императрица Мария Федоровна. Эти литики во дворце до войны были разложены по темам в небольших ящичках. Во время оккупации они были украдены. Их нашел в Риге искусствовед Анатолий Кучумов во время его знаменитой командировки по послевоенной Европе в поисках украденных российских музейных ценностей. Кучумов нашел 8,5 из 13 тыс. литиков – они были свалены в мешки. Лишь недавно они были систематизированы, и теперь впервые их можно увидеть в музее Павловска.

В Буфетной представлена тема «Потери» - это фрагменты того, что было сожжено, разбито и уничтожено врагом. Уникальные вышитые и тканые бордюры 18-19 веков, сохранившиеся лишь фрагментарно, остатки великолепной коллекции алебастровых ваз.

На открытие выставки были приглашены те, кто возрождал Павловск - это заслуженные реставраторы. Их осталось, увы, немного. Среди них – маленькая женщина с палочкой в красном платочке – Нина Ивановна Дмитриева. Пережила блокаду, в тринадцать лет вернулась в Павловск. Рассказывает, как Анна Ивановна Зеленова – легендарный директор Павловска, попросила их – девочек-подростков собирать все обломки, которые найдут. И вот у памятника Павлу скопилась куча обломков мраморных статуй – куча кусков рук, ног, голов.

Девчонки трудились за рабочие карточки, по 12 часов. «Эвтерпа и Мельпомена – теперь на всю жизнь мои подружки, - говорит Нина Ивановна. – Я помогала их вытаскивать из земли, каждый раз теперь иду и здороваюсь с ними». Других подружек у Нины Ивановны уже не осталось на этой земле – все те девочки, с которыми она разделила послевоенный труд – нахождение скульптур, посадку деревьев в искалеченном парке – уже нет, она осталась одна: «Мы уходим, а красота наша остается, вот из тех девчонок – Ани, Веры, Маши, Риты – никого уже нет, я одна лишь осталась, хоть и после тяжелой блокадной контузии».

Однажды пожилая женщина гуляла в парке и встретила немецкую экскурсию, подошла, разговорились через переводчика. Эти немцы потом с ней просили фотографироваться, присылали письма с благодарностью. Она говорит, что не держит на них зла, потому что это ведь уже другие немцы. А в Павловск, тогда, после войны, она пришла пешком.

В Кавалергардской – часть выставки, посвященная уже ушедшим хранителям. Тем, кто возрождал дворец и парк. Здесь планы захоронения скульптуры – чтобы потом можно было их найти, здесь фотографии и письма, предоставленные родственниками тех, кто когда-то работал здесь, в освобожденном Павловске. В Концертном зале – акварели известных советских художников, запечатлевшие разрушения Павловска разу после освобождения.

Новости партнеров



Фоторепортажи

21 августа >

Фоторепортаж: «Это — уже другие белорусы»

За две недели эта маленькая страна в центре Европы трансформировалась на глазах у всего мира, отряхнувшись от 26 лет застоя. Мы увидели, как на жестокость отвечают миром, на удары дубинок — цветами, на хамство — песнями.
28 мая >

Пока не кончилось веселье. «Телеграф» вспоминает прогулки по Амстердаму до эпидемии и идеи избавиться от невоспитанных туристов

Амстердамские активисты выступили с инициативой выселить квартал «красных фонарей» и запретить продажу легких наркотиков в кофешопах туристам.
7 мая >

«Авито» показал к Дню радио подборку раритетных приемников

Посмотрите, как слушали музыку ваши бабушки с дедушками и родители.
22 апреля >

Фотографические истории людей в ограниченных возможностях. Московский фотограф снимает эротику через FaceTime и WhatsApp

Бесконтактная съемка — это новый опыт для большинства фотографов. Анастасия Марченко рассказала, почему в процессе она чувствует себя «без ног, без рук».
Наверх

Не пропускайте важные новости и истории о жизни в России и мире — подпишитесь на «Телеграф» в социальных сетях