USD: 76,1999 | EURO: 91,2037 | Сегодня: 0 | Завтра: 0
Новости экологии и политики
1 декабря 2020. 09:13
  • Главная
  • Дожившим до понедельника. Триумф микролитературы
13.07.2015 19:30

Дожившим до понедельника. Триумф микролитературы

Фабула «Фигурных скобок» такова: бывший петербуржец математик Капитонов приезжает в родной город на конгресс микромагов. Так называют себя иллюзионисты. Впрочем, в отличие от иллюзионистов реальных, эти фокусники видимо действительно умеют колдовать, хотя и в микродозах. Во всяком случае, Капитонов магическим образом умеет угадывать загаданные человеком двузначные числа — и только двузначные. По ходу дела герой встречается с институтской подругой, которая рассказывает ему загадочные обстоятельства смерти ее мужа. Незадолго до гибели тот начал вести дневник, из которого вроде бы следует, что он вовсе не являлся тем же человеком, ее мужем, а с некоторого времени предоставил тело некой сущности. Сущность, что примечательно, не представляет своей природы и находится в панике от осознания того, что живет в чужом теле и мозгу — почему и начинает писать дневник. Фигурные скобки это своего рода оберег: заключенный в них текст становится невидимым для высших и вовсе непонятных метафизических сущностей, которые и устроили весь кавардак. Капитонов сперва предполагает, что его бывший однокашник сошел с ума, но последующие события вокруг обретенного дневника заставляют его в этом усомниться.

Жанр книги можно назвать интеллектуальным псевдодетективом. Если кто-то надеется на внятную разгадку мистической головоломки, он, конечно, этого не дождется, что вполне соответствует авторскому замыслу. Герой-одиночка бессилен перед хаосом существования. Критик Борис Аверин заявил, что ключ к пониманию романа кроется в первых абзацах в следующей фразе: «Капитонов лежал на верхней полке, глядел в потолок, предельно близкий, и делал вид, что миропорядок устроен по разумным лекалам». Мир, продолжает мысль литературовед, вовсе не устроен ни по каким разумным лекалам, и бесполезно пытаться их изобрести; смысла жизни не существует, если не считать смысла индивидуального сознания, который обнаруживается, конечно, в любви.

Сам Носов, которого теперь называют порой «магическим реалистом», считает, что если он и магический, то поневоле: реальность сама по себе абсурдна, и не нуждается в нарочитом смещении смыслов. Любовь Носова к реальности можно увидеть и в следующем факте. Герой книги, Капитонов — то, что на литжаргоне называется «Мэри Сью», то есть идеализированное и нерефлексированное представление автора о самом себе, как часто бывает в детективах неинтеллектуальных. В самом деле, Капитонов скромен, умен, образован, обаятелен, готов постоять за себя словом и делом, а также замечательный любовник. Если у него есть какие-то недостатки или не совсем приятные черты, то разве что молчаливость, задумчивость, некоторая рассеянность. Характерно, что добродушный и полноватый Носов делает Капитонова серьезным и костлявым. Подобным образом Владимир Набоков, в молодости тощий, выписывал своих литературных альтер-эго пухлыми и застенчивыми. Упоминание Набокова здесь неслучайно, и ниже мы скажем об этом.

Таким образом, идеализированный главный герой хочет да не может пережить катарсис и как-то измениться к концу повествования. Еще бы: вель меняться ему пришлось бы единственно в худшую сторону, а это мрачновато для нацбеста. И, хотя со второй половины «Скобок» события пытаются развиваться стремительно, инертность Капитонова никак не позволяет читателю быть захваченным сюжетом. В общем, ничего и не было — вот поссорился Капитонов с семьей, а в конце помирился, ну и славно.

Сперва может показаться, что фон повествования — конгресс микромагов, - никак книги не нужен и ничего в нее не приносит, кроме «оживляжа» (довольно сомнительного). Описание конгресса, его участников и выборов в правление действительно мало дает сюжету, все описанные события могли случиться и без него. Но именно этот образ может кое-что сказать о причинах повествовательной неудачи романа. В конгрессе волшебников угадывается прозрачная пародия на литературные и всевозможные творческие съезды, а равно на околонаучные конференции. Интриги, фарсовые угрозы, расхлябанная атмосфера и одновременно поминутная готовность к мобилизации, тщеславие и зависть, но и определенное обаяние среды. А где еще интеллигентская среда изображалась как бы магическим орденом? У братьев Стругацких в «Понедельник начинается в субботу» и в «Сказке о Тройке». Параллель явная, явно заметно и главное отличие: повести Стругацких — о молодых людях, готовых со своим даром, привилегиями и трудолюбия свернуть горы и изменить мир. Герои Носова готовы тратить усилия лишь на статус в конгрессе либо же, как «хороший» главный герой, на обустройство личной судьбы. Являются правда и вершители мировых судеб: Архитектор Пространства, Пожиратель Времени и Некромант, но их сила также жестко и обидно лимитирована, а главное подчеркивается, что ни нам ни Капитонову не дано говорить с ними на равных или знать их мотивы.

Шестидесятые были временем задора и наива, который вдруг оборачивался реальными переменами. Начавшийся с тех пор застой, в том числе — в литературе, до сих пор видимо так и не закончился. Уж точно — для поколения Носова и Капитонова, а людей помоложе в романе в принципе и нет. Впрочем, нет, есть: умственно отсталый сын попутчицы Капитонова в поезде, да его невидимая дочь, смысл романного существования которой — признаться отцу в любви.

И вот почему Набоков. В «Скобках» угадываются явные отсылки к «Подлинной жизни Себастьяна Найта» - и мотив безуспешных поисков разгадки жизни умершего человека по его рукописям, и разговор с мертвецом за ширмой, и мотив грозящих сбыться снов. Как Набоков, Носов поглощен своей (героя) индивидуальностью, от Набокова же достались эти разумные лекала, с помощью которых можно пытаться нивелировать воздействие мирового хаоса. Подобно Набокову, Носов хочет быть стилистом, что иногда обораивается чудовищными провалами («Доктор Фрейд был бы последним лохом, если бы вслед за хомяком не пришел бы тут на ум Капитонову»). Но если для сравнения с героями Стругацких персонажам Носова не хватает пороху, то до сопоставления с героями Набокова не хватает масштабу. У Набокова героев звали Цинциннатом или Лужиным, а не юмористической фамилией Капитонов, их заботили другие проблемы и окружали другие люди. Почему нужно писать о внутреннем мире Капитонова вряд ли кто может убедительно ответить. Тем характернее, что «Фигурные скобки» - видимо лучшее, что нашли современные русские критики.

Впрочем, судя по многажды награжденным романам Джона Кутзее, Филипа Рота и других певцов быта университетских профессоров в кризисе среднего возраста, сужение масштабов литературы по крайней мере отчасти мировая, а не только российская тенденция. Негоже и предъявлять претензии Носову, который для каких-то больших масштабов не создан, как не создан его герой для отгадывания трехзначных чисел. И, если триумф микролитературы кого-то не устраивает, всегда можно поиграть в компьютерные игры.

Новости партнеров



Фоторепортажи

21 августа >

Фоторепортаж: «Это — уже другие белорусы»

За две недели эта маленькая страна в центре Европы трансформировалась на глазах у всего мира, отряхнувшись от 26 лет застоя. Мы увидели, как на жестокость отвечают миром, на удары дубинок — цветами, на хамство — песнями.
28 мая >

Пока не кончилось веселье. «Телеграф» вспоминает прогулки по Амстердаму до эпидемии и идеи избавиться от невоспитанных туристов

Амстердамские активисты выступили с инициативой выселить квартал «красных фонарей» и запретить продажу легких наркотиков в кофешопах туристам.
7 мая >

«Авито» показал к Дню радио подборку раритетных приемников

Посмотрите, как слушали музыку ваши бабушки с дедушками и родители.
22 апреля >

Фотографические истории людей в ограниченных возможностях. Московский фотограф снимает эротику через FaceTime и WhatsApp

Бесконтактная съемка — это новый опыт для большинства фотографов. Анастасия Марченко рассказала, почему в процессе она чувствует себя «без ног, без рук».
Наверх

Не пропускайте важные новости и истории о жизни в России и мире — подпишитесь на «Телеграф» в социальных сетях